заключение
Известно, что любая работа завершается определенной системой выводов, отражающих точку зрения автора на рассматриваемый предмет. Вместе с тем анализ основных теоретических и прикладных проблем виктимологии настоящим не завершается. Это лишь только малая часть задуманной работы, целью которой является ознакомление специалистов, аспирантов и студентов с проблемами самой молодой социально-правовой науки, с проблемами, исследование которых по-настоящему начнется, пожалуй, только в XXI веке.
Автор от всей души благодарит сотрудников кафедры криминологии и уголовно-исполнительного права, кафедры уголовного права Одесской национальной юридической академии, членов специального экспертного комитета Комиссии ООН по предупреждению преступности и уголовному правосудию, сотрудников Национального института юстиции США за ту неоценимую помощь, которую они оказали при сборе и подготовке материалов настоящей работы.
Вместе с тем ряд положений, служащих ступенями к дальнейшему рассмотрению теории виктимологии и виктимологической профилактики преступлений, можно определить уже сегодня.
К ним относятся:
1. Нейтрализация социального, экономического и политического отчуждения личности как гарантия свободного развития гражданина в демократическом государстве немыслима без оказания помощи лицам, находящимся в кризисном состоянии. Совершенствование системы социального контроля над преступностью, обеспечение справедливого отношения с жертвой ныне реально осуществляются именно в системе <преступник-жертва-общество> в рамках криминальной виктимологии. Современная криминогенная ситуация, равно как и развитие теории криминологии, свидетельствует, что дилеммы <преступник-жертва> и <жертва-общество> - лишь стороны одной медали.
2. Преступность - специфическая форма реакции общественного организма на деструктивное поведение людей, формализованное в нормах уголовного права. Рассмотрение преступности как особой формы отклоняющегося поведения в ее системных и устойчивых взаимосвязях с иными видами социальных отклонений, взаимосвязях, определяемых и определяющих пути и параметры развития общества, позволяет увидеть следующее: кризисные ситуации порождены отнюдь не самой преступностью, а взаимодействием преступности, виктимности и иных социальных факторов в конкретно-исторических условиях. Следует отметить, что альтернативность интересов данных социальных процессов в их взаимодействии нередко иллюзорна и исходит скорее из существующих представлений об антагонистическом конфликте между преступниками, жертвами и обществом, чем от реальной ситуации. Сходное положение выявляется и при историческом анализе основ теории криминальной виктимологии.
3. С точки зрения социологии преступности (опуская <классические> формы взаимоотношений <преступник-жертва> в механизме преступного поведения), значение преступности для конкретного общества и ее объем не могут быть определены без определения анализа особенностей виктимизации; стоимость преступности и ее предупреждения предполагает учет средств, расходуемых на реституцию и компенсацию потерпевшим от преступлений; анализ проблемы преступности в интерпретации средств массовой информации непосредственно связан с учетом влияния средств массовой информации на формирование страха населения перед преступностью, на формирование виктимологически обоснованной уголовной и криминологической политики.
4. Социальные и политические изменения в мире, происшедшие после Второй мировой войны, изменения общественного нормосознания и вектора политических систем от защиты организаций и государства - к защите граждан, индивидуальных членов общества; разрушение традиционных институтов социальной солидарности и взаимопомощи благодаря процессам урбанизации и миграции, подстегнутым Второй мировой войной и последующими социальными катаклизмами, в особенности в странах постсоветского блока; изменение роли семьи в послевоенном обществе; сокращение финансирования схем социальной помощи, рост безработицы (как явной, так и скрытой); снижение гарантированных законом возможностей личности для возмещения ущерба от виктимизации; ограниченность классических схем профилактики преступлений, направленных исключительно на пресечение, нейтрализацию криминальной активности преступника; развитие кризиса адаптационных возможностей человечества в последнем десятилетии XX века - вот далеко не полный перечень социально-политических, социально-психологических, социально-коррекционных, мировоззренческих предпосылок возникновения и развития виктимологии как самостоятельного научного направления.
5. Анализ историко-правовых и мировоззренческих основ формирования виктимологии волей-неволей подталкивает к выводу о том, что логика развития виктимологии как самостоятельного научного направления диктуется также всей логикой развития науки об обществе, науки о человеке, логикой формирования общества и его культуры, связанной с исторически неизбежной политической и культурной детерминированностью примата обеспечения личной безопасности и защищенности над общественной.
6. Как отечественные, так и зарубежные ученые в процессе осуществления поиска причин и условий отдельных девиаций прошли путь от становления криминологии как самостоятельной науки о преступности, вышедшей из уголовной антропологии и социологии уголовного права, к теории деликтности и, наконец, к теории социальных отклонений как самостоятельной (специальной) социологической теории, описывающей феномен социальных отклонений и его взаимосвязи с обществом. Соответственно, и виктимология, возникшая как отдельное научное направление в криминологических исследованиях, получив определенное развитие в рамках криминологии и в области деликтной, травматической виктимологии, со временем преобразуется в самостоятельную науку, цель которой - изучение путей нормализации негативных социальных, психологических и моральных воздействий на человека (социальную общность) со стороны природной среды, искусственной жилой и рабочей среды, социальной среды, а также внутренней среды самого человека (социальной общности) для их последующей коррекции и нейтрализации, повышения адаптивных способностей человека, социальной группы.
7. Виктимология сегодня - это комплексное учение о лицах, находящихся в кризисном состоянии (жертвы преступлений, стихийных бедствий, катастроф, экономического и политического отчуждения, беженцы, социальные организации и пр.), и мерах помощи таким жертвам.
8. Предмет виктимологии - виктимность - представляет собой социальное, психическое и моральное отклонение от норм безопасности. Виктимность детерминируется соотношением демографических и социально-ролевых факторов, ориентирующих индивида (социальную группу) на удовлетворение определенных потребностей с заданными обществом возможностями их удовлетворения, равно как и иными общими политическими, социальными и экономическими условиями жизнедеятельности общества.
9. Современная виктимология реализуется в таких своих направлениях, как:
* общая <фундаментальная> теория виктимологии, описывающая феномен жертвы социально опасного проявления, его зависимости от социума и взаимосвязи с иными социальными институтами и процессами;
* частные виктимологические теории среднего уровня (криминальная виктимология, деликтная виктимология, травматическая виктимология и др.);
* прикладная виктимология (эмпирический анализ, разработка и внедрение специальных техник превентивной работы с жертвами, технологий социальной поддержки, механизмов реституции и компенсации, страховых технологий и пр.). Таким образом, виктимология служит осмыслению новых взаимоотношений и динамических связей между жертвами и социально опасными проявлениями среды обитания, интегрируя воедино лучшие достижения традиционных, устоявшихся учений.
10. В теории криминальной виктимологии жертвой преступления признается любое физическое лицо (социальная общность, организация), которому преступлением причинен физический, материальный или моральный ущерб. В зависимости от характеристики мотивации ведущей виктимной активности представляется возможным выделить следующие виды жертв преступлений:
* импульсивная жертва, характеризующаяся преобладающим бессознательным чувством страха, подавленностью реакций и рационального мышления на нападения правонарушителя (феномен Авеля);
* жертва с утилитарно-ситуативной активностью (добровольные потерпевшие. Рецидивные, <застревающие> жертвы, в силу своей деятельности, статуса, неосмотрительности в ситуациях, требующих благоразумия, попадающие в криминальные ситуации);
* установочная жертва (агрессивная жертва, <ходячая бомба>, истероид, вызывающим поведением провоцирующий преступника на ответные действия);
* рациональная жертва (жертва-провокатор, сама создающая ситуацию совершения преступления и сама попадающая в эту ловушку);
* жертва с ретретистской активностью (пассивный провокатор, который своим внешним видом, образом жизни, повышенной тревожностью и доступностью подталкивает преступников к совершению правонарушений). Развитие изучения моделей поведения жертв в указанном направлении открывает, на наш взгляд, определенные перспективы исследований взаимодействия преступника и его жертвы и познания новых закономерностей виктимизации населения.
11. Комплексное, системное определение феномена криминальной виктимности как социального, психического и морального отклонения от норм безопасного поведения, обусловливающего потенциальную или реальную способность субъекта становиться жертвой преступления, снимает противоречивость любой односторонней концепции виктимности: от описания поведенческой, биопсихической предрасположенности к формированию виктимного потенциала до ее полного отсутствия.
12. По нашему мнению, виктимность как отклонение от норм безопасного поведения реализуется в совокупности:
* социальных (статусные характеристики ролевых жертв и поведенческие отклонения от норм индивидуальной и социальной безопасности);
* психических (патологическая виктимность, страх перед преступностью и иными аномалиями);
* моральных (интериоризация виктимогенных норм, правил поведения виктимной и преступной субкультуры, виктимные внутриличностные конфликты) проявлений.
Таким образом, мы можем попытаться рассмотреть виктимность как отклонение на поведенческом уровне, девиацию - на уровне психологии личности и социальной общности и, наконец, как отклонение определенных социокультурных характеристик индивидуального и группового сознания.
13. Представляется, что по степени связи с преступным поведением виктимность может проявляться в двух основных формах: а) эвентуальная (от латинского <эвентус> - случай) виктимность; б) децидивная (от латинского <децидо> - решение) виктимность.
Эвентуальная виктимность (виктимность в потенции), означающая возможность при случае, при известных обстоятельствах, при определенной ситуации стать жертвой преступления, и включает в себя причиннообусловленные и причинносообразные девиации. Децидивная виктимность (виктимность в действии), охватывающая стадии подготовки и принятия виктимогенного решения, да и саму виктимную активность, соответственно, включает в себя целесообразные и целеобусловленные девиации, служащие катализатором преступления.
14. Криминогенное значение виктимности на макроуровне может быть рассмотрено:
* во-первых, сквозь призму влияния особенностей реализации виктимности как массовой формы отклоняющегося поведения и ее обратного влияния на формирование количества совершаемых преступлений (описание типичных связей и взаимозависимостей между различными типами отклоняющегося поведения в рамках теории этиологии преступности);
* во-вторых, посредством описания прямых и косвенных расходов общества на ликвидацию негативных последствий взаимосвязей <преступность-виктимность> (обращение с жертвами преступлений, реституция и компенсация) и на формирование криминогенности общест
венных отношений;
* в-третьих, с помощью анализа, непосредственно связанного с состоянием виктимности страха населения перед преступностью и его влияния на типичные виктимные перцепции, опосредуемые ними ощущения социальной безопасности, соответствующие им реакции гра
ждан, которые определяют состояние уголовной политики в обществе.
15. На уровне малых социальных групп и сообществ криминогенное значение виктимности должно изучаться через исследование совокупности социально-психологических переменных (социальный опыт, нормы, установки, обычаи, традиции, верования, суеверия) и процессов, повышающих виктимность отдельных групп населения; делающих их (по крайней мере, сквозь призму социокультурных установок и стереотипов) более, чем других людей, подверженными риску стать жертвами преступления; обучающих и стигматизирующих определенные группы, дифференцируемые по национальному, религиозному, расовому, социально-ролевому и социально-демографическому критериям на субъектов, обладающих повышенной виктимностью в данной культуре и тем самым <притягивающих> преступность. В таком контексте подлежит изучению поведение жертв злоупотребления властью, представителей этнических, религиозных меньшинств, статусных жертв, детей, женщин и престарелых.
16. Анализ криминогенного влияния виктимности на микроуровне включает изучение влияния прошлого виктимного опыта и роли в формировании негативных личностных качеств на процесс социального становления личности преступника, а также на процесс совершения преступления.
17. Под виктимизацией понимается социальный процесс превращения лица (социальной общности) в жертву преступления и результат этого процесса. По сути дела, понятие виктимизации представляет собой своеобразную характеристику виктимности, объективно существующую и могущую быть измеренной количеством случаев причинения вреда жертвам преступлений, а также совокупностью количественных и качественных характеристик потерпевших от преступлений.
18. К основным закономерностям распределения виктимизации в Украине можно отнести следующие:
* уровень виктимизации в 2, 2,5 раза превышает уровень регистрируемой преступности;
* если в общественном сознании виктимизация отождествляется с насилием, то на самом деле виктимизация, как и преступность, - явление с корыстной направленностью;
* виктимизация распространяется среди населения неравномерно: чем выше степень тяжести преступления, тем реже проявляется виктимизация;
* существуют гомеостатические связи между преступностью и виктимизацией: чем выше преступность, тем ниже виктимизация в случаях, когда общество обеспокоено состоянием преступности. И наоборот, стабильность социальных отношений, понижая страх перед преступностью, выравнивает показатели виктимизации и преступности;
* риск виктимизации связан с дефектами образа жизни и обыденной активности, равно как и с проецирующимися ними индивидуальными отклонениями.
19. Есть основания предполагать, что виктимизация и преступность как социальные процессы во многом определяются общей характеристикой и состоянием культуры общества, организующей человеческую жизнь в целом. Практически преступность и виктимизация выступают своеобразными формами адаптации процесса девиантности к процессу изменений социальной структуры. Вновь складывающиеся и законодательно, да и нравственно, не подкрепленные общественные отношения и формы собственности порождают новую структуру
преступности и процессуально связанных с ней виктимности и виктимизации.
20. В периоды стабильного, упорядоченного развития общественных отношений виктимность и преступность находятся в прямой корреляционной зависимости: страх перед преступностью, ощущения собственной безопасности и благополучия соответствуют заданным об
ществом моделям и характеристикам уголовной статистики. Вместе с тем периоды социальных новаций и перемен, сопровождающиеся хаотическим развитием общественных отношений, убыстрением социальной дифференциации, социальной мобильности, понижением порога
индивидуальной и общественной безопасности приводят к наличию иных зависимостей: страх перед преступностью и виктимизация, ощущаемая населением, не совпадают, а порой даже обратно коррелируют с регистрируемым разваливающейся и изменяющейся системой
уголовной юстиции уровнем преступности, что, естественно, отражается как на состоянии общественной безопасности, так и на уголовной политике данного общества.
21. Организация общественной безопасности предполагает необходимость соблюдения основных принципов обращения с жертвами преступлений, закрепленных международным правом. К ним относятся:
Ответственность. Ответственность за организацию обращения с преступником возлагается на государство, а не на жертву преступления. Государство несет юридическую и моральную ответственность за ущерб, причиненный жертвам преступлений, на его территории.
Право быть информированным. Все жертвы имеют право на получение четкой информации о развитии их дела и принимаемых решениях. В процессе расследования жертвы должны иметь право знакомиться с материалами дела и высказывать свои соображения о финансовы
х, эмоциональных и физических травмах, полученных ими, и любых страхах, прямым или косвенным образом связанных с преступлением. Указанные соображения должны приниматься во внимание при принятии решений по делу, включая привлечение виновного к ответственности, его осуждение и назначение адекватного наказания. После осуждения жертвы должны иметь право быть информированными о любых планах, касающихся правонарушителя, и иметь возможность высказать свои соображения по этому поводу. Службы, исполняющие наказание, должны принимать такие соображения во внимание при принятии соответствующих решений.
Защита. Жертвы, испытывающие страх перед местью со стороны преступников, их родственников и знакомых, должны иметь право на адекватную защиту, включая наложение дополнительных правоограничений на преступников (запреты контактов с жертвой, установление ответственности за нарушение принципов защиты и обеспечения безопасности жертвы). Организация безопасности жертвы должна включать право на изменение фамилии, места жительства, физическую охрану, право на обеспечение безопасности в суде при даче показаний.
Компенсация. Жертвы преступлений должны иметь конституционное право получения компенсации за причиненные преступлением физические и психические травмы, эмоциональный ущерб, потерю дохода, компенсацию лечения, не компенсируемые системой социальной помощи, принятой в государстве. Жертвам должна быть предоставлена возможность получить компенсацию от правонарушителя в процессе судебного разбирательства. В случае рассрочки получения компенсации от правонарушителя судебные органы должны напрямую возместить ущерб жертве, взыскав его впоследствии с правонарушителя. Лица, иждивенцы жертв насильственных преступлений имеют право на компенсацию за потерю кормильца и специальную компенсацию, размер которой зависит от статусного положения жертвы (государственные служащие, работники, занятые на опасных производствах и пр.). Правила о компенсации в первую очередь распространяются на жертв насильственных преступлений и лиц, чье имущественное положение и социальный статус (проживание за <чертой бедности>) не позволяют возместить самостоятельно ущерб, причиненный преступлениями имущественного характера.
Поддержка. Работники системы уголовной юстиции должны проходить специальное обучение, направленное на организацию обращения с жертвами преступлений. Жертвы должны быть в первую очередь проинформированными о всех судебных и административных процедурах
, касающихся их, а также иметь возможность получить консультацию о их правах на всех стадиях административной и судебной процедуры. Правовая помощь и защита должны, по возможности, быть в первую очередь предоставлены жертвам преступлений. Жертвы должны иметь доступы к специальным системам поддержки, а также иметь специальные гарантии соблюдения их прав и интересов.
22. К числу законопроектной деятельности в Украине, связанной с кооперацией потерпевших в систему уголовной и гражданской юстиции и осуществлением нормального обращения с ними, могут быть отнесены:
* во-первых, разработка Государственной концепции помощи жертвам преступлений и злоупотреблений властью наряду с введением специального законодательства, направленного на распространение единых государственных средств социальной, правовой и материал
ьной помощи на всех жертв преступлений, и введение особых мер защиты для государственных служащих (Закон прямого действия <О потерпевших от преступления и злоупотребления властью>);
* во-вторых, создание государственно-общественной системы виктимологической помощи гражданам и легализация схем компенсационной поддержки потерпевших за счет средств децентрализованных фондов поддержки, формирующихся посредством наложения на преступников дополнительных судебных издержек.
23. Основанное на принципах субсидиарности и селективности компенсации и реституции виктимологическое законодательство должно, в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления, механизма его совершения, финансового положения жертвы, особенностей поведения (отклоняющееся, правопослушное, конфликтогенное) и статусно-ролевого положения жертвы и ее родственников (член организованной преступной группы, правопослушный гражданин), гражданства жертвы (иностранец, гражданин СНГ, местный житель), особенностей функционирования системы уголовной и административной юстиции в стране, определить основы правовой, социальной и материальной помощи жертвам преступлений, их родственникам и иждивенцам. В структуре такого законодательства, по нашему мнению, должны быть отражены также: специфика применения правовой, индивидуальной и социальной помощи к отдельным социальным группам (туристы, государственные служащие, дети, престарелые, женщины), особенности расчета, условия применения и лимиты компенсации и, наконец, генерализованные и локальные схемы компенсации и реституции потерпевшим от преступления.
Указанные обстоятельства, на наш взгляд, крайне важны для правильного понимания основ виктимологической теории обращения с жертвами преступлений и практики виктимологической профилактики преступлений, рассмотрение которых должно и составить сущность большинства будущих исследований теоретических и прикладных проблем учения о жертве преступления.
